Нынешняя волна хейта стала самой большой с начала войны в Украине. “Вы уже себя наказали: потеряли свой суверенитет”, “между нами цивилизационная пропасть”, “как вам спится, когда на нас сбрасывают бомбы” – это, пожалуй, самые мягкие высказывания, которые оставляют украинцы под постами белорусов.
К жителям Беларуси 26 июня обратился и украинский президент Владимир Зеленский: “В Кремле за вас уже все решили, ваши жизни уже ничего не стоят, но вы не рабы и не пушечное мясо (…) От простых людей в Беларуси сейчас зависит очень многое, и вы можете не участвовать в этой войне, ваши жизни принадлежат только вам, а не кому-то в Кремле”.
Тихановская: ответственность будут нести Лукашенко и его помощники
Президенту Украины спустя два дня ответила лидер белорусского протеста Светлана Тихановская. Видео было записано на белорусском языке, субтитры – на английском.
“Сейчас я скажу слова, которые я бы никогда не хотела озвучивать: российские ракеты вновь летят с территории Беларуси в Украину. И белорусы, как и украинцы, понимают, какие два диктатора стоят за этим. Но это не значит, что мы не чувствуем боль за Киев, Харьков, Кременчуг. Мы с вами знаем, что без свободной Украины не будет свободной Беларуси, а без свободной Беларуси не может быть безопасности в Украине и в регионе. Но очень важно, чтобы белорусский и украинский народы в это страшное время сохраняли единство”, – заявила она.
Тихановская напомнила о том, как белорусы помогают украинским беженцам, воюют на стороне Украины, рассказала про белорусских волонтеров, которые работают в этой стране. Она заявила, что ответственность за участие в войне будут нести Лукашенко и его помощники, а не весь белорусский народ. “Белорусы сделают все возможное, чтобы помочь Украине. Нам ничего не надо взамен, кроме уважения к нашему пути, уважения к нашему опыту и праву быть самими собой”, – сказала она.
Лидер белорусской оппозиции посоветовала Зеленскому в следующий раз, обращаясь к белорусам, не переходить с украинского языка на русский.
Инициатива “Беларускi Гаюн”: нужно ли теперь сохранять ночную смену?
Инициатива “Беларускi гаюн”, которой руководит известный блогер Антон Мотолько, отслеживает перемещение российских войск в Беларуси. На канале 465 тысяч подписчиков, большая часть – из Украины. Тем не менее “Гаюн” опубликовал в телеграме-канале пост: “После волны хейта в адрес белорусов в соцсетях возник вопрос: нужно ли продолжать ночные смены с мониторингом запусков ракет российскими войсками, которые используют территорию и воздушное пространство Беларуси?”. Больше 90% ответивших посчитали, что ночная смена нужна.
Соучредитель фонда солидарности By_help Алексей Лявончик в Facebook разъяснил, что “в нарративе “с вашей страны идет агрессия” есть нюанс”: “Расчеты пусковых установок, обстреливающие жилые кварталы утреннего Киева, – не белорусы. Пилоты бомбардировщиков, бомбящих Чернигов, – не белорусы. Кроме кучки отморозков, ни один белорус не принял участие в агрессии против Украины в составе российской “армии”. (…) Просто наши аэродромы были любезно предоставлены Кремлю для агрессии человеком, на которого и Запад, и Украина слишком долго закрывали глаза”.
Резко отреагировал на хейт в своем телеграм-канале журналист Серж Харитонов. Он считает, что украинские паблики и медиа сейчас “с задором повторяют в адрес белорусов расчеловечивающие нарративы”. И они, по его мнению, “ничем не отличаются от риторики, которую ненавистный Украине “русский мир” использовал с 2014 года, чтобы расчеловечить всех до единого украинцев в глазах российского электората”.
“Дискриминация и язык вражды в адрес белорусов из-за действий минской хунты недопустимы. Мы не выбирали участие в войне. Мы не выбирали людей, которые подыгрывают России в этой войне. Мы не заигрывали с Лукашенко, прикрывая собственные бизнес-интересы “прагматичной” демагогией о том, что не хотим злить путинскую марионетку”, – написал Харитонов.
“Как белорус я заинтересован в победе Украины”
Андрей Стрижак, основатель фонда BYSOL, который сегодня оказывает помощь не только репрессированным белорусам, но и украинцам, написал в Facebook, что как белорус заинтересован в победе Украины.
“Эта победа откроет окно возможностей сохранения моего национального государства, – считает Стрижак. – (…) Я не беру на себя ответственность за действия колониальной администрации в лице Лукашенко и не могу остановить ракеты, которые разбомбили девятиэтажку в Киеве. Я могу поддерживать партизан и разведчиков в моей стране, могу поддерживать уверенность в том, что помощь в трудную минуту будет оказана тем, кто сражается за свободу моей страны. Я могу поддерживать белоруских добровольцев на фронте и украинских партнеров, которые приближают победу. Это то, что я могу”.
“Пережить ненависть тысяч мне проще, чем смерть тысяч”
Многие белорусы отнеслись к хейту, можно сказать, с пониманием. Художница Ника Сандрос написала в Facebook, что “негодование, обида, проклятья и злость украинцев на белорусов понятны и имеют место быть”. “Не вступаю в перепалки с людьми, которым по живому вырывают сердце. Меня бы в лоскуты порвало, если бы из Украины что-то полетело на Минск. Последнее, что я делала бы – разбиралась кто хороший, а кто плохой и в нюансах устройства государства-соседа”, – говорит она.
По словам Сандрос, когда закончится война, она поедет в Украину волонтером: “Могу что-нибудь мыть, строить, убирать, восстанавливать. Хочу внесли свой личный вклад в восстановление этой прекрасной, восхитительной, потрясающей страны. Надеюсь, меня впустят в Украину и дадут метелку, ведро и тряпку”.
Дизайнер и поэт Стас Карпов считает, что украинцев не слышат русские, поэтому для ненависти они выбрали белорусов – людей, которые готовы слушать. “Але перажыць нянавісць тысяч мне прасцей, чым смерць тысяч. Таму, адзінае, што магу параіць, не размаўляць і дапамагаць. Там разбярэмся. Закончыцца вайна, можам крыўдзіцца, можам сварыцца. Ведаеце, сварыцца з жывымі людзьмі – гэта ж шчасце насамрэч”, – написал он в Facebook.
В переводе с белорусского его слова звучат так: “Но пережить ненависть тысяч мне проще, чем смерть тысяч. Поэтому единственное, что могу посоветовать, не разговаривать и помогать. После разберемся. Закончится война, можем обижаться, можем ругаться. Знаете, ругаться с живыми людьми – это же счастье на самом деле”.